2. Транспортная проза
Итак, оставив все бытовые и рабочие перипетии, 30-го декабря вечером мы погрузились в поезд «Москва – Санкт-Петербург» и умиротворенные предстоящим отдыхом стали украшать свое купе мишурой, дождем и гирляндами, а себя – шапочками-дедморозками, альтернативой которых у Валентины служил головной убор из зеленой мишуры, напоминавшей водоросли. Сразу вспомнился мой дебют на школьной сцене в подобном парике в новогодней сказке в качестве кикиморы болотной.
Мой же дедморозовский колпак так интересно гармонировал с матроской и клетчатыми бриджами, что меня почему-то прозвали одновременно гномом, эльфом и хоббитом.
Из сплетенной зеленой мишуры Валя искусно сделала елочку. И наше купе наполнилось предпраздничным настроением.
Заглянувшая к нам сопровождающая экскурсантов сотрудница «Туртранс-Вояжа» (наш гид должна была встретить нас в Питере) очень восторгалась нашей подготовкой к Новому году, особенно необычной в свете того, что остальные пассажиры уже укладывались спать.
А потом было шампанское, рафаэлло, шоколад, осетинский пирог с сыром, курица, ананасы в собственном соку. Валя активно пыталась скормить нам деликатесную рыбу муксун, привезенную ею из недавней командировки в далекий северный город Мегеон.
Поеданию продуктов сопутствовали тосты и шутки, в результате которых мы успели подремать лишь пару часов.
Хмурое и слишком раннее питерское утро встретило нас моросью и слякотью. Нашей группе пришлось ждать двух туристов с другого поезда, прибывшего чуть позже. Вероятно, из-за предновогоднего ажиотажа с билетами всем туристам мест в нашем поезде не хватило.
Из-за этого, а также желания быть первыми на российско-финской границе при огромном количестве экскурсионных автобусов, мы незаметно проскочили Выборг, без традиционной технической остановки в нем. А я так хотела сфотографировать его новогоднюю набережную!
Вопреки всем предположениям, границу мы прошли довольно быстро, хотя и пришлось выходить из автобуса с вещами (но их не проверяли) и следовать по «красному коридору».
Интересно, что одна из тургрупп проходила по «зеленому коридору», но в ней оказался подвыпивший мужичок, который принялся хамить таможеннику и всячески прикалываться. Увещевания его соратников не помогли. В итоге она в полном составе была также отправлена за вещами и поплелась за нами по «красному коридору».
Мы не преминули отметить преимущества прохождения российско-финской границы по сравнению с белорусско-польской, на которой в самое спокойное (в экскурсионном плане) время зависают не менее трех часов.
После счастливого преодоления таможни мы посетили супермаркет «шайбу» с достаточно приемлемыми, по сравнению с другими торговыми точками Финляндии, ценами.
Потом была долгая дорога до Хельсинки , во время которой мы усиленно пытались выучить рождественскую финскую песенку. Здесь я попробую воспроизвести ее в том варианте, в котором она была мною записана на слух, да простят меня знающие финский язык за вероятное искажение слов. Итак, звучала она приблизительно в следующем виде:
Йоулу Пукке, Йоулу Пукке!
Варха парка, ванха укке,
Туле мийос, эммепельке,
Уока, тока пельме сельке.
Ну что-то типа того.
Причем в переводе это было:
Дед Мороз! Дед Мороз!
Белая борода, старый дед,
Приходи к нам, мы не боимся,
У тебя за спиной мешок с подарками.
В общем, как и наши подобные песенки, довольно меркантильная новогодняя зазывалочка Деда Мороза с презентами!
С названием местного Деда Мороза вообще интересная история. Дело в том, что «Йоулу Пукке» в переводе с финского означает «рождественский козел». Именно поэтому на рождественских скандинавских открытках и сувенирах преобладает изображение запряженного в повозку ни оленя, ни лошадки, а именно празднично украшенного козла. Как известно, в образе Деда Мороза в нашем понимании впервые предстал Святой Николай. Как уж удалось скандинавам соединить два этих образа в известного нам нынче лапландского Деда Мороза, для меня так и осталось загадкой.
А еще мы выучили поздравление с Новым годом: «Оннелиста отта вуотта!» Вообще финский язык показался мне довольно красивым, и каким-то особо звучным.
3. В сердце Финляндии
Коротая время за изучением (точнее коверканьем) финского языка, мы прибыли в Хельсинки . На вокзале города мы поменяли евро на шведские кроны, поскольку 1 января в Стокгольме грозило нам закрытыми магазинами и обменными пунктами.
Затем мы осмотрели Сенатскую площадь с собором. За несколько минут свободного времени мы с Колей успели выбежать на одну из улиц Хельсинки , украшенную фонариками и горящими факелами, и сфотографироваться с чучелом оленя у сувенирного магазинчика.
Потом мы отправились к оригинальному памятнику композитору Яну Сибелиусу в виде органных труб и отдельно расположенной, летающей в облаках головы этого талантливого музыканта. Причем гид рассказала нам, что многие экскурсанты эти облака принимают за большие уши композитора.
На площади Темппелиаукио мы посетили церковь в скале, совсем не похожую на традиционные для нас здания религиозного культа и лично мне чем-то напомнившую не подобное заведение, а скорее планетарий. В церкви мы в изнеможении упали на скамьи прихожан, умиротворенные прелестными звуками играющего органа. Затем зашли в сувенирный магазин с рождественскими подарками, возле которого сфотографировались с очень милой фигуркой гнома.
Следующей достопримечательной остановкой на нашем пути был милый городок Турку с кафедральным лютеранским собором и высокой украшенной огоньками елкой рядом с ним. Темное небо города разрезали всполохи салютов и ракет, впервые позволившие вспомнить о том, что на дворе стояло 31 декабря, грозившее через несколько часов завершиться переходом в 2005 год.
В Турку мы провели совсем мало времени, поскольку спешили на терминал для загрузки на паром «Викинг Изабелла». По пути проехали старинную средневековую крепость Турку белого цвета, ассоциировавшуюся скорее с административным зданием какой-то казармы, чем с крепостью.