Составители этого доклада та области исторических исследований являются, безусловно, непрофессионалами. Поэтому наши замечания по поводу алкоголя и истории являются определенно неточными. Два обстоятельства выглядят, все-таки, важными в истории алкоголя и в России и в Финляндии: интерес государства к алкоголю и мобилизация граждан в вопросах, связанных с алкоголем. В первом вопросе между странами имеются какие-то общие черты, во втором они, напротив, резко отличаются.

Государство и алкоголь. Как и в России, так и в Финляндии государство всегда проявляло сильный интерес к регулированию ситуации, связанной с употреблением алкоголя. Этот интерес был связан особенно с самогонкой, которая заняла прочное место в России в 1500 - годах и в Финляндии в 1600 - годах. В те времена, как Финляндия, так и современная область Петербурга (Ингерманландия) были частью Шведского государства, но население области в своем большинстве было финскоязычным, а экономическое и культурное влияние пришли главным образом с юга и запада (из Германии через Швецию и Балтику). За алкогольными интересами государства скрывались, по крайней мере, тройственные корни: возможность сбора налогов, забота об использовании зерна не только как пищевого продукта и корма, а также забота о доставляемых водкой беспорядках. Все это видно уже в ранних государственных мероприятиях, касающихся самогонки, продажи алкоголя и кабаков (см. напр. Christian 1990). Интерес сохранялся и сохраняется с такой же силой до наших дней. Специальный свод законов, касающийся производства и продажи алкоголя был в обеих странах временами обширным, н в особенности внимание было сконцентрировано не только на регулировании производства и продажи, но и на налоге с алкоголя. В России это выглядит длинной исторической кривой: как пишет Christian (1990, 381, перевод JS - ТР):

Установленная между J894 и 1901 годами государственная алкогольная монополия, сохранилась (не считая 1914-1923 гг.) до сегодняшних дней. Установив монополию на алкоголь < Когда Витте был министром экономики, JS - ТР > Российское государство, наконец-то достигло его главной цели, которую поставил первым уже Иван Грозный в 1500-х годах: установление полного контроля за продажей алкоголя .

Крайности в обеих странах доходили до сухого закона: в России, кратковременно в годы первой мировой войны и в послереволюционные, беспокойные годы (1914, 1919 и 1922), в Финляндии в первые годы независимости (1919-1932). Сухие законы, однако, были исключительными случаями и они не отражают более общие алкогольные интересы государства. После первой мировой войны алкогольные интересы государства развивались и в России и в Финляндии по разным путям. В период социализма постепенно проблемы с алкоголем все более и более представляли, как тесно связанными с пережитками капитализма, и поэтому их публичное рассмотрение в политических процессах было редко. Доходы с алкогольной продукции составляли даже в период социализма важную часть государственной экономики. Алкогольная реформа Горбачева (1985) является наиболее оспариваемой, исключительной операцией в мировой истории (см. напр. Немцов 1998, Левин 1999, White 1996). В Финляндии, опять же, алкогольный вопрос сохранился как важный политический вопрос, который до сих пор еще находится на виду у печати и для регулирования которого было разработано большое количество специальных государственных мероприятий и структур.

Гражданское общество и алкоголь. В этом отношении Россия и Финляндия существенно отличаются друг от друга. В Финляндии в истории алкоголя движение за трезвость возникло в конце 1800 годов и его более позднее широкое влияние как на политику, так и на жизнь народа имеет исключительно важное значение. Финляндия стала частью, зародившегося в Северной Америке и Северных странах, движения за трезвость. Этому способствовали близкие отношения Финляндии с Северными странами, особенно со Швецией. Небольшое влияние на это оказало еще и то, что в принадлежащем царской России, автономном Финляндском Великом Княжестве того времени (1809-1917), русские власти считали движение за трезвость политически неопасным и не старались особенно ограничивать его распространение. Из движения за трезвость родилось первое модерное народное движение, которое проводило в своих кругах различные политические и религиозные взгляды. Оно сыграло значительную роль в подъеме рабочего движения, а также и связи с мобилизацией религиозных народных движений и других культурных, народных и моральных политических движения. Влияние движения за трезвость распространилось глубоко и широко в жизнь народа, и его отражение ощущается и поныне. На рубеже последнего и в начале нашего столетия действительно можно было сказать, что в Финляндии трезвость была как народная религия (Sulkunen 1986, заголовок диссертации). В России движение за трезвость никогда не достигало такого же распространения и такой же общественной глубины, как в Финляндии. В конце 1800-х годов при установлении государственной монополии на алкоголь, использовали, все-таки, аргументы в пользу трезвости, но вопрос стоял о государственной трезвости , а не народной . В период Советского Союза трезвость опять смогла блеснуть в качестве положительной черты жизненных привычек советского человека, но только ненадолго, Конечно, существовали государственные общества трезвости, но по своей природе, их деятельность отличалась коренным образом от Финляндии.